ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ! «ВИЙ» НА СЦЕНЕ МУЗКОМЕДИИ

ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ! «ВИЙ» НА СЦЕНЕ МУЗКОМЕДИИ

Марина Чайка, журнал «Мираман», 30 апреля 2015 года

Летающая панночка, пугающая нечисть, вызовы бессмертной душе и, конечно же, любовь, - все это мюзикл «Вий» на основе одного из самых мистических произведений русской литературы. Премьера состоялась 25 апреля в Новосибирском театре музыкальной комедии.

О сюжете

Авторы - новосибирский композитор Андрей Кротов и его супруга, автор либретто – Нонна Кротова соединили в мюзикле гоголевскую инфернальность, казачий быт на хуторе, тонкие нотки любви и идею вечной борьбы добра со злом. Текст и сюжет не сильно расходятся с оригиналом.

Три студента киевской бурсы заблудились в степи и попросили ночлега на отдаленном хуторе. Один из них - Хома Брут заночевал в хлеву, куда среди ночи явилась хозяйка-старуха, оказавшаяся ведьмой. Студент сумел освободиться от ее чар и сбросить нечистую силу, вздумавшую покататься на его плечах. Умирающая старуха превращается в прекрасную панночку. По приказу Сотника возле тела покойной герою предстоит отстоять службу три страшных ночи…
 
О персонажах

В постановке можно увидеть и привычные пугающие сцены: полет ведьмы, знаменитое «Поднимите мне веки!», и яркие зарисовки уклада хуторян. А вот традиционными персонажами авторы не ограничились. В мюзикл добавили новое действующее лицо - кроткую девушку Алену. Бесстрашная со светлой душой, она единственная способна противостоять нечисти и, возможно, спасти душу Хомы.

О том, удалось ли ей это, и вспыхнула ли между главным героем и поселянкой любовь, зритель должен догадаться сам. Финал оставили открытым. Мне показалось, что Алена, скорее ангел Брута. В мюзикле есть впечатляющая сцена: на Хому, трясущегося от страха перед третьей ночью в церкви, девушка накидывает белый платок. Укрывает его, словно крыльями. А потом с помощью этой же белой материи как бы помогает душе главного героя вырваться из окружившего его зла. Но образ, как и задумывали авторы, свободен для прочтения.
 
О балете
Из пластической части мюзикла впечатлили разудалый пляс казаков и балет во время метаморфоз - из прекрасной Панночки в старуху. Особенно запомнился надрывный танец главного героя перед гибельной третьей ночью. Отчаяние смешалось с неистовой внутренней борьбой. Хома храбрится, как может, мечется по сцене, словно в агонии чеканя слова:
Пошел по кругу чечетку бьет,
Пошел вприсядку – подметки рвет.
Так разошелся, аж валит дым,
И кто кого еще поглядим.

Для постановки спектакля был приглашен режиссер и балетмейстер из Санкт-Петербурга Гали Абайдулов. Работа с гостем уже принесла театру две «Золотые Маски» за мюзикл «Гадюка». В «Вие» Гали Мягазович принял участие как постановщик спектакля и автор его пластической драматургии.

О декорациях

Универсальные декорации-трансформеры, сделанные по макету санкт-петербургского художника Кирилла Пискунова, в считанные секунды превращались то в пейзажи ночной степи, то в подворье сотника, то в заброшенную церковь.

Специфической религиозной атрибутики не было, зрителю предлагались лишь контуры с оригинальными деталями. К примеру, «спасительный круг» с десятками зажженных свечей эффектно взмывал вверх, оставляя за собой «хвост» холодного почти потустороннего света. Как говориться, аж мурашки по телу.
 

Время ведьм, - судачат на хуторе. Из дымки тумана иногда появлялась полная луна. Светило не отличишь от настоящего! Как рассказал директор театра Леонид Кипнис, с этой деталью декораторы изрядно помучились. Нужно было придать луне цвет и свет таким образом, чтобы она не казалась нарочито искусственной и в то же время соответствовала мистическому образу спектакля. По-моему, удалось.

Об актерах

Во время подготовки к мюзиклу труппа пополнилась, появились новые яркие звездочки. Главные роли, наряду с опытными артистами, доверили дебютантам. Хому Брута играет Михаил Полубоярцев, не так давно окончивший театральный институт.

Задача ему досталась не из легких. Актер все время на сцене, и уходит лишь на полторы минуты за все действо. Впечатлили пластика и драматургия роли. Из развеселого студента киевской бурсы, не помнящего до конца ни одной молитвы, герой превращается в молодого старика с седыми волосами, дрожью в теле и терзающей его внутренней борьбой со страхами. 

Партию Панночки исполнила молодая актриса Евгения Палицына. У нее получилось одновременно испугать и восхитить зрителей. Роль завязана на контрастах: живая или мертвая, пленяющая или опасная, прекрасная девушка или безобразная старуха-ведьма. «Аж страшно становится, когда она петь начинает», - перешептывались зрители на соседних креслах.
 

Леонид Кипнис, директор Новосибирского театра музыкальной комедии:

- С этой постановкой все было непросто. Сама идея и ее воплощение попала в контекст, который в последнее время вызывал очень специфический интерес в городе. Многие с напряжением ждали, что у нас может случиться повод для скандала. Но ничего такого мы не пытаемся учинить, очень бережно ко всему относимся. Даже у потусторонних сил не было повода нас разыгрывать во время подготовки мюзикла.

Что касается материала, то он довольно сложный и необычный. Артистам приходится совмещать вокал и тяжелый физический труд в плане пластики. Ведь практически каждое слово, каждый звук визуален, параллельно решен в пластическом выражении. Гали Мягазович перед итоговой репетицией выжил из актеров последние соки, и этот пот упорного труда дорогого стоит. При этом все работают с большим удовольствием. И судя по отзывам пап-мам актеров, которые всякими способами «просачивались» на репетиции и зрителей, пришедших на премьеру, спектакль должен пользоваться успехом!

Оригинал: http://miraman.ru/posts/1115