ГлавнаяПресса → ЧАСЫ БЕЗ СТРЕЛОК, МУЗЫКА БЕЗ ГРАНИЦ

Ирина Ульянина. Новая Сибирь, 24 февраля 2012 г.

ОПЕРЕТТА «Принцесса цирка», которую именно в России после экранизации 1958 года с Георгом Отсом в главной роли называют не иначе как «Мистер Икс», относится к произведениям, обреченным на успех благодаря красивейшему, разнообразнейшему музыкальному материалу. К либретто, подвергшемуся многократным переделкам, вряд ли возможно отнести те же похвалы. Но режиссер Александр Лебедев из Санкт-Петербурга, последние годы активно сотрудничающий с Новосибирским театром музкомедии и осуществивший постановку премьеры «Мистера Икс», виртуозно нивелировал все проблемы текста. Реплики, воспринимающиеся плоскими и примитивными при прочтении, в обыгрывании становятся единственно уместными, более того, обретают некий шарм благодаря наивности архаики. Новое воплощение оперетты содержит экскурс в старый Париж, приглашение на Монпарнас, в среду цирковой богемы, жившей бедно, но весело, упивавшейся страданиями и радостями любви, восторгами публики, своим кочевым артистическим братством.

Едва открывается занавес, при первых тактах увертюры зрителей поглощает атмосфера увлекательного, невероятно зрелищного циркового антре. Пролог спектакля — это яркая интермедия, представляющая парад-алле с клоунами, силачами, магом и заклинателем золотой змеи, дрессировщиком четверки белогривых нарядных лошадок (артисты балета). Практически каждый сантиметр сцены обжит и плотно декорирован — здесь и арена со светящейся рампой, и раковина суфлерской будки, и бар, и ложи для беспечных богатых господ (артисты хора), и простолюдины, в числе коих троица пасынков судьбы — раненых солдат, жмущихся в сторонке безбилетников, жаждущих приобщиться к чуду.

РЕЖИССЕР и сценограф соблюли единство места и времени, точно обозначив его концом 20-х годов прошлого века (оперетта написана в 1925 году). В этой плотности, густонаселенности содержится соответствие реалиям.

Оркестр театра под управлением дирижера-постановщика Александра Новикова играет воодушевленно, разворачивая лирические мелодии с большим чувством, проникновенно и взволнованно, и заостряя комические темы так, что заслушиваются и стар, и млад в зале. Ведь что есть эта оперетта сегодня? Сказка для и про взрослых, абсолютно доступная детскому пониманию. Потребность в сказке с ее приключенческими коллизиями и подспудным моралите, потребность в вымышленных терниях с неизбежным хэппи-эндом испытывают и дети, и взрослые. «Мистера Икса», избежавшего тени, намека на пошлость или вульгарность, я бы настойчиво рекомендовала аудитории юных зрителей — данная оперетта в новой трактовке однозначно воспитывает, развивает музыкальный вкус и притом увлекает. Кстати, часы, висящие под колосниками и под надписью «Gare Montparnasse» (циферблат без стрелок), — явный намек на то, что истории любви и обмана, верности и предательства, битвы чести с бесчестием существовали и повторяются во все времена, они вращают солнце и светила, равно как и потребность в искусстве.

Позволю себе сделать краткое отступление, обратиться к истокам создания произведения. Кальману было за 40 лет, уже состоялись знаменательные премьеры его «Сильвы», «Голландочки», «Баядеры», «Марицы», принесшие славу. Он него ждали очередного шедевра, а он пребывал в унынии после ухода супруги Паулы Дворжак, скончавшейся от туберкулеза. Композитор ни в чем не находил утешения, тщетно искал новую тему для творчества до тех пор, пока ему в руки не попала монография К. С. Станиславского «Моя жизнь в искусстве», переведенная на английский. Одна из глав называлась «Цирк» и посвящалась любви юного Кости к цирку, который он признавал лучшим местом в мире, а еще его признанию в безумной влюбленности в юную прелестную наездницу. Станиславский однажды выскочил на манеж, чтобы поцеловать подол ее платья, и мечтал стать директором цирка. Страстность его повествования взволновала Имре, он словно очнулся и придумал сюжет, где действующие лица — студент и наездница, а директора цирка зовут Костя Станиславский. Кальман подхватил модную идею, сделав героиней русскую княгиню Федору Павлинскую, молодую вдову, ранее вышедшую замуж за соотечественника, ревнивого старца, лишившего наследства племянника. Тот племянник из-за нищеты был вынужден бросить консерваторию, податься в цирк и, играя на скрипке под куполом цирка в белом костюме Арлекина, всегда скрывать лицо под черной маской. Наконец, весной 1926 года состоялась премьера «Принцессы цирка» в венском театре «Ан дер Вин», а уже зимой партитура попала в Московский театр оперетты, где либретто вызвало гомерический хохот и подверглось переделкам, сведенным к исключению русских имен и корней у персонажей. (В частности, Федора стала Теодорой.) Примечательно, что Кальман вскоре после премьеры женился на русской эмигрантке, актрисе Вере Макинской из Перми и посвятил ей «Фиалку Монмартра»; «Принцесса цирка» возродила его. В СССР текст переделывали несколько раз, но либретто никогда не считалось удачным, в отличие от музыки, обеспечившей сенсационный успех произведению, которое ставится уже на протяжении 85 лет, минувших со дня премьеры в Москве. Наш Новосибирский театр музыкальной комедии не исключение, «Мистер Икс» появился в афише в третий раз, теперь использовав поздний перевод того же либретто, сделанный Зарубиным и Фадеевой. Как я уже сообщила, превратив архаику в достоинство, в элемент своеобразия.

О сценографии спектакля, этом пиршестве для глаз, выполненном Сергеем Александровым, художником из Екатеринбурга, можно составить целую хвалебную оду. Декорация полностью меняется в каждом действии, причем настолько неожиданно и впечатляюще, что после открытия кулис по залу прокатывается возглас изумления. Например, во втором действии бал, устроенный коварным бароном де Кревьеляком, оборачивается маскарадом. Все гости одеты как крестоносцы — в белые шлемы и белые плащи. Из жерла четырех крепостных башен вырывается пламя, а меж ними льет прохладные струи фонтан. Задник являет панораму Парижа, увенчанного Эйфелевой башней, с высоты птичьего полета, перед ней на постаменте — муляж Троянского коня, обращенный в сиденье, в подобие трона. Празднество полнится такой витальной энергией, что на фоне нее происки барона (артист Дмитрий Суслов), считающего любовь утомительным чувством, выглядят бессмысленными. Царит ночь, созданная для радости и наслаждений. Мистер Икс (Алексей Штыков), назвавшийся графом Анри де Шатонефом, впервые на маскараде является без маски, весь в белом. И в белом его возлюбленная Теодора. Крепостные башни оборачиваются укромной беседкой, увитой плющом, для их сокровенного объяснения. Дарье Фроловой, исполнительнице образа Теодоры, к сожалению, не хватило драматического мастерства и природного темперамента. Во всем, что касается игры, ведения диалогов, она несколько неуверенна, неорганична, зато вокальные партии ведет отменно, особенно в дуэте с Алексеем Штыковым, которому особенно убедительно удаются все оттенки страдания, горечь отверженности, а любовь его робка, в ней есть безнадежность, вспыхивающая искрами надежды.

Как ни странно, массовые сцены в целом в спектакле удались лучше, выразительнее сольных и дуэтных номеров — сложилась подлинная ансамблевость, не возникло ни технических погрешностей, ни досадных смысловых сбоев. Все артисты взаимодействовали между собой и делали это столь увлеченно и искренне, будто не режиссерскую установку выполняли, а действительно наслаждались моментом, предлагаемыми цирковыми или карнавальными обстоятельствами. Но и у каждого из исполнителей ролей в премьерном спектакле был свой «звездный час», вернее, фрагмент изумительного исполнительства. Заслуженный артист России Владимир Вальвачев в образе директора цирка наделен властной волей, он столь царствен и непререкаем, что, думается, чувствительному Косте Станиславскому, влюбленному в наездницу, с подобной должностью ни за что бы не совладать. Мари (Дарья Шувалова), прообраз возлюбленной Станиславского, не наездница, а акробатка. Как положено, тонкая и гибкая, вся в розовом на арене, а вне цирка несгибаемо-решительная, отчаянная девчонка, нашедшая и отстаивающая свое счастье с недотепой студентом Тони (артист Андрей Дорошенко). У молодых артистов дуэт получился небезупречным, но вполне славным, достоверным и вполне сегодняшним. А подлинный блеск каскадной, острохарактерной игры выдала Марина Кокорева, появившаяся в небольшой, отнюдь не главной роли мадам Каролины — хозяйки ресторана «Зеленый попугай», в третьем действии своей заразительностью затмившей абсолютно всех. Ей, ее дуэту с Пеликаном (Андреем Пашенцевым) кричали «браво!» и заставили повторить озорные куплеты на «бис».

Однозначное браво режиссеру, художнику-постановщику, хореографу Геннадию Бахтереву, хормейстеру Татьяне Горбенко, концертмейстерам и оркестру. Игра, как и драматургия, в спектакле чистая условность, такая же, как часы без стрелок, висящие над сценой. Важнее всего торжество музыки Кальмана, в которой априори заложены вера в силу чувств, в силу любви, ломающей любые границы и препятствия, в которой страдания преломляются в радость бытия.